Подписывайтесь на нас в Facebook
Спасибо, я уже с Вами.
counter
Лента новостей
Выбрать все
14 Декабря
13 Декабря
Все новости...

Александр Попков: Пытки – российский метод выбивания «правильных» показаний в суде

Александр Попков: Пытки – российский метод выбивания «правильных» показаний в суде

Российский адвокат Александр Попков приехал в Киев по делу своего подзащитного Геннадия Афанасьева, одного из обвиняемых из группы так называемых «крымских террористов Сенцова». 23-летний уроженец Симферополя был задержан фээсбэшниками в начале мая прошлого года на одной из улиц Симферополя, а потом незаконно вывезен на территорию РФ. А в декабре 2014-го Московский городской суд на своем закрытом заседании приговорил украинца к семи годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

Фактически парень уже полтора года находится в российских застенках. Чтобы «выбить» из него «нужные» сведения, российская правоохранительная машина не гнушалась пытками и банальным избиением узника. По словам адвоката, при помощи пыток и издевательств Геннадия заставили дать ложные показания против украинского кинорежиссера Олега Сенцова. Сейчас Афанасьев содержится в условиях строго режима в колонии на далеком севере России. Причина такого наказания – отказ от выбитых при помощи пыток показаний, которые были клеветническими по отношению к Сенцову.

Геннадий не теряет надежды вернуться на Родину: считает, что власть Украины обменяет его или экстрадирует, о чем стало известно из его открытого обращения. О подробностях судебного процесса над Афанасьевым, о жестокостях пыток, о вероятной мести российских правоохранителей украинскому активисту, а также о том, почему адвокату до сих пор не удалось получить доступ к делу, «Аналитической службе новостей» (АСН) и рассказал правозащитник Александр Попков.

— Александр, каковы результаты встречи в Министерстве иностранных дел, анонсированной вами во время недавнего брифинга?

— Было намерение узнать, что Украина будет делать для защиты своего гражданина. Потому что я, находясь в России, особо не замечал, чтобы Украина предпринимала какие-либо действия, направленные на освобождение Геннадия. То ли на освобождение, то ли на поддержку. Кроме общества, на самом деле никто и не действовал.

Теперь же в МИДе заверили нас в том, что после того, как мы передали заявление от Афанасьева, они будут предпринимать определенные действия. Дело в том, что у украинской стороны были сомнения в том, что Геннадий сам желает, чтобы Украина за него вступалась.

— О каком заявлении идет речь?

— Геннадий написал официальное прошение на имя Президента Украины Петра Порошенко о том, чтобы ему как украинцу помогли, обменяли или приняли какие-то другие меры. Написал он и отдельное заявление в МИД на имя генерального консула. В самом же МИДе сказали, что про Афанасьева помнят: мол он согласно минским договоренностям внесен в список на обмен. Мы об этом раньше не знали и боялись, что его фамилия нигде не фигурирует, а оказалось, что есть.

Помимо каких-то декларативных вещей, украинская сторона нам предложила сама (и мы надеемся, что это будет сделано) в ближайшие дни заявить ноту правительству Российской Федерации. Об этом было сказано в общих чертах: что Геннадий Афанасьев является украинцем, его права как украинца не соблюдаются, и он просит помощи. Точно сказать, каким будет содержание, я не могу, но они нас заверили, что будет некая нота.

Александр Попков, интервью АСН. Пытки – российский метод выбивания «правильных» показаний в суде

Мы также поинтересовались, могут ли они, совместно с международными организациями, предпринять какие-то действия. И было совершенно конкретное предложение: обратиться в органы Парламентской Ассамблеи Совета Европы с тем, чтобы была организованна некая мониторинговая комиссия, связанная с пребыванием не только Афанасьева, но и других людей в местах лишения свободы, потому что там действительно очень жесткие условия.

— Не могли бы вы уточнить, что именно инкриминируют Афанасьеву?

— Геннадий Афанасьев был задержан как член «группы Сенцова», которую признали «террористической организацией». Его юридическая проблема в том, что поначалу свою вину он признавал. И «виноватым» был на протяжении полутора года. Показания из него фактически выбивали, а потом наши следователи просто дополняли их, преувеличивали, компонировали…

Показания из него фактически выбивали

Потом он отказался от тех показаний. Но времени – в связи с юридическими шагами, направленными на пересмотр его дела, – утеряно много. Следствие закончилось давно, его осудили – и приговор вступил в законную силу. И Геннадий уже отбывает наказание. Если вспомнить, когда и как все началось, то следствие тянулось с мая по 17 декабря прошлого года. То есть чуть больше, чем за полгода, его же успели осудить. Никакие доказательства его невиновности никто не рассматривал – все строилось на показаниях Алексея Чириния. А Геннадий – после пыток и допросов – просто пришел и сказал, что «виновен и согласен на обвинительный приговор». И ему его вынесли, повторюсь, без рассмотрения доказательств.

Александр Попков, интервью АСН. Пытки – российский метод выбивания «правильных» показаний в суде

— В своем предыдущем интервью вы ссылались на то, что он признался якобы в поджоге двух зданий. Если это было не терроризмом, то чем?

— На самом деле он ничего не поджигал, а, говоря юридическим языком, участвовал в поджоге. Если же по-простому, то он стоял и наблюдал за тем, что происходило. Эти два пожара, о которых речь, – не акт терроризма хотя бы потому, что там не было возможности ни гибели, ни даже устрашения мирных людей. Это два отдельно стоящих здания, в которых никто не живет. Насколько я знаю, в тех одноэтажных домиках в частном секторе были отдельные офисные здания. А поджоги являлись местью. Когда в Крыму начали избивать и истреблять сторонников Украины, когда люди стали пропадать, местным активистам было понятно, кто это делает. И кто-то из группы активистов предложил поступить именно таким образом, чтобы хоть как-то наказать, а Геннадий был членом этой активистской организации.

На самом деле всю эту якобы террористическую организацию «слепили» из волонтерской. Группа действительно собирались, в том числе и Сенцов. Люди проходили курсы первой медицинской помощи, чтобы в случае, если в Крыму начнутся какие-то осложнения, уметь оказывать медицинскую помощь. Эти ребята также занимались обеспечением воинских частей: возили туда продукты, воду, какие-то вещи. А потом оказалось, что это была «террористическая организация».

— Изначально Геннадий давал показания против Сенцова. По вашим словам, он был связан с Олегом всего парой встреч и предлагал свои услуги как фотограф. Сколько всего было людей, которых допросили в этом деле? Как формировался круг свидетелей и по каким критериям их подбирали?

— Мне кажется, этот вопрос больше к следователю, который круг этих свидетелей и формировал. Логика была в том, чтобы приклеить к этому делу всех подряд, кто имеет какое-то отношение, а если и не имеет, то подвязать. Из того же Гены Афанасьева выбивали показания, что он якобы видел, как Сенцов заряжает пистолет Макарова, что он переносил какие-то канистры, перчатки…

Словом, все «доказательства», которые ему вменили в итоге. Но ведь материальных подтверждений нет: ни следов ДНК, ни других биологических следов, ни видеозаписи. То есть это все построено на неких ложных показаниях, в том числе и по отношению к себе, а допрашиваемых было много. Но я с делом Афанасьева не знаком: Московский городской суд отказался представить мне документы для ознакомления, сославшись на то, что оно секретно.

Александр Попков, интервью АСН. Пытки – российский метод выбивания «правильных» показаний в суде

Но допрашиваемых, повторюсь было много, проводились очные ставки. Понимаете, там круг вовлеченных людей был очень широк, так как было несколько уголовных дел: «Сенцова – Кольченко» – отдельно, а Афанасьева они провели отдельным делом. Гена говорит, что он давал показания по восьми или десяти людям. И очные ставки он проводил как раз с теми, кто по делу «Сенцова – Кольченко» вызывался свидетелем. В общем, из него выбили показания, что участвовал в этой террористической группе, достаточно широкий круг людей. А обвинили только этих четверых (Сенцова, Кольченко, Чириния и Афанасьева, – авт.), потому что попались.

— Чтобы получить материалы по делу Афанасьева, вы обратились в суд по предусмотренной российским законодательством процедуре?

— Прошение я отправил на имя председателя Московского городского суда (Ольги Александровны Егоровой, – авт.). Они мне отказали, мол, «секретное дело, подписывайте документ о неразглашении государственной тайны Российской Федерации». Я говорю, что не хочу знакомиться с государственной тайной РФ, которая заключается, скорее всего, в двух вопросах о непонятных свидетелях. Попросил ознакомить меня с несекретной частью, как было по делу Сенцова и Кольченко. Но Московский суд отказал предоставлять дело, пока не подпишу неразглашение.

Вы понимаете, что если я подпишусь, то не смогу ни с кем общаться по этому делу! Не то, что даже со свидетелями – я со специалистами не смогу поговорить на эту тему! Потому что в таком случае «разглашу государственную тайну» и уже буду преступником. Поэтому мы подали кассационную жалобу для ознакомления с материалами этого дела.

— Вы упоминали о том, что на допросах Геннадия пытали. Какими были пытки?!

— Помимо того, что его просто били по голове боксерскими перчатками (это чтобы не оставалось никаких следов), так еще и надевали на голову противогаз, а потом зажимали шланг, чтобы он не мог дышать. Впрыскивали в противогазную маску то ли газ, то ли какую-то жидкость, после чего у него сразу начиналась рвота – и он захлебывался этим. В общем, это был целый комплекс пыток. Одна из его составляющих – пытка током, когда к телу привязывается специальная машинка, способная продуцировать электрические разряды, и пропускать ток. Это непередаваемая пытка, ее фактически никто никогда не выдерживает.

Плюс было давление, когда его раздевали догола и водили раскаленным паяльником около тела. А при этом рассказывали, какие муки испытывает человек, когда паяльник входит в тело… К тому же, чтобы сломать парня окончательно, говорили, что привезут его мать в соседний кабинет – и он будет слышать, как ее пытают.

И все эти издевательства сопровождались дополнительным давлением, когда ему не давали в камере ни есть, ни пить, ни спать, ни туалетной бумаги, ни зубной щетки. То есть запрещали вообще чем-либо пользоваться, даже с сокамерниками общаться.

— Доказательства всего этого есть? Какие-то шрамы, следы…

— Прошло довольно много времени. Геннадий обратиться никуда не мог – и пытки зафиксировать, понятное дело, тоже. Вот и выходит, что нет доказательств. К тому же, электрический ток оставляет маленький ожог, который проходит за пару-тройку дней, если он в наручниках не остается. Единственным, что мы зафиксировали у Геннадия, был кровоподтек, когда его ударил сотрудник СИЗО уже после моего визита. Но это уже квалифицируется не как пытки, а как жестокое обращение. Он его ударил по ноге, и нам удалось сфотографировать гематому.

— Выходит, нет никаких свидетельств того, что его пытали, а значит, нельзя это использовать в качестве аргумента на суде?

— Да, конечно, опровергнуть проще, чем доказать. Мы попробуем это с юридической точки зрения каким-то образом использовать, но шансы очень малы. Нет, ну, допустим, что сотрудники ФСБ признаются, что они его пытали. Там был вовлечен большой круг оперативников. Гена всех отлично помнит, перечисляет. Он называет приметы этих людей – на всю жизнь запомнил их! В принципе, если расследование будет проводиться эффективно, можно какие-то вещи попробовать доказать. Но политическая действительность этому не способствует…

Геннадий называет приметы тех людей – на всю жизнь запомнил их!

— А защита уже написала заявление о применении пыток? Вы общались со следователем Бурдиным, который вел дело Геннадия? Может, его можно представить суду как человека, по чьему указанию пытали Афанасьева?

— Я писал ряд заявлений на сбор доказательств об этих пытках, в том числе и съемок на видеокамеры. Мне, естественно, не ответили. Были и другие запросы. К сожалению, ответы не пришли, и поэтому я не хочу говорить, куда именно писал. Вдруг где-то еще ответят. А вот с Бурдиным не говорил. И сейчас со следователем у меня никакого контакта – я его считаю преступником.

Со следователем у меня нет контакта – я его считаю преступником

Александр Попков, интервью АСН. Пытки – российский метод выбивания «правильных» показаний в суде

Я не вижу смысла разговаривать с человеком, который занимался пытками, как со следователем. Общаться с ним мы будем посредством правоохранительных органов, в том числе и заявление о пытках будем писать. Им несколько заявлений уже подано: о том, чтобы ознакомиться с собранными материалами. Я же общался только с сотрудниками суда, СИЗО.

— А вы пытались найти оперативника Александра, который пытал Афанасьева? По вашим словам, Геннадий его уже узнал и сможет опознать на суде…

— Нет. Я не занимаюсь оперативно-розыскной деятельностью. Зачем мне разыскивать сотрудника ФСБ? Допросить?! Потому и не пытался.

— Как вообще так получилось, что вы взялись за это дело? Любопытно получается: за последние выходные четыре российских адвоката, которые защищают украинских заключенных, оказались в Киеве. Никто не вспоминал, не думал и не знал об этих украинцах год, людей позакрывали в тюрьмах. Почему сейчас вдруг столько внимания?

— Подождите, по Сенцову и Кольченко давно разбираться начали….

— А по остальным? Когда вы узнали об Афанасьеве?

— В августе, когда он впервые и выступил-то… с заявлением, что отказывается от своих прежних показаний. И почти сразу мы начали работать.

— А тот же Клых? Карпюк?

— Дубровина зашла к Клыху вроде месяца два назад…

— Вот именно. Недавно. Так почему все обратили внимание на украинцев за решеткой? И как именно вы узнали о его деле?

— Смотрите, к Афанасьеву не могли зайти никакие нормальные адвокаты и правозащитные организации, потому что он был под полным контролем ФСБ, он не мог превозмочь себя. И к нему еще заходила Зоя Светова! Это известная российская правозащитница, которая посещала Афанасьева в «Лефортово». Он был с ней очень груб – ни с кем тогда не хотел общаться (это было еще на первом этапе, до осуждения), и она перестала его посещать.

Уже мне он сказал, что не давал никому согласия, потому что он боялся. Я узнал о Геннадии, когда меня к нему пригласили. Тогда же созвонился с мамой. Все это было буквально на следующий день после его выступления в суде.

Александр Попков, интервью АСН. Пытки – российский метод выбивания «правильных» показаний в суде

— Каковы у вашего подзащитного сейчас шансы выйти на свободу? У вас вообще есть материалы для того, чтобы попытаться вытащить его оттуда?

— Мы должны понимать, что любое решение на его судьбу оказывает не столько правовая сторона вопроса, сколько политическая. Я предполагаю, что он все-таки виновен в умышленном уничтожении чужого имущества (поврежденная дверь, окно). Но за это максимум – условное наказание. Со стороны России – это, естественно, некий «терроризм», на который они и будут давить. Потому шансы выйти у него сейчас мизерные. И я боюсь, что он не выйдет и через семь лет, если Украина не будет пытаться вызволить его как своего гражданина.

Я боюсь, что он не выйдет и через семь лет

— На чем вы собираетесь базировать свою защиту? Подадите на апелляцию?

— Я подал на кассацию. А базировать собираюсь на фактических обстоятельствах дела, которые в нем указаны. Вообще-то мы не обязаны доказывать невиновность Геннадия в терроризме! И я, поскольку изучал дело Сенцова, уверен, что там нет вины… Нет доказательств вины Сенцова, Кольченко и Афанасьева в террористическом сообществе, помимо признания Афанасьева, которое он дезавуировал, и признания Чириния, который дает показания в общем-то, на всех. Что касается доказательств, то у меня есть справка из Правого сектора – о том, что Геннадий Афанасьев не является членом этой организации, но российское законодательство и российские судьи почему-то не принимают ее.

— Вы обращались по поводу пыток в ООН? Реакцию мировой общественности по этому делу изучали?

— Нет, не обращался. Есть несколько направлений: если мы обратимся в ООН, закроем себе дорогу в Европейский суд по правам человека. Это чисто юридические нюансы. Мы хотим ЕСПЧ, потому что в случае с ООН получим разве что декларативное решение по типу «да, пытки были» – и все. ЕСПЧ поступает иначе – выносит решение: «пытки были, выдайте ему компенсацию и пересмотрите приговор». Такой подход на самом деле более действенный. В некоторых случаях можно совмещать, но мы решили начать с Европейского суда.

Особый резонанс дело получило, когда Афанасьев отказался от показаний. Это был очень сильный шаг, и на заседании присутствовали журналисты, которые видели, как у него трясутся руки, как ему было плохо. Насчет мировой общественности не знаю. Как я понял, сейчас более плотно этим делом заинтересовалась Украина. Нюанс заключался в том, что на следствии и на суде Гена якобы признал, что он – гражданин России. И поэтому отношение Украины было не совсем понятным – они выжидали. Мне и консулы задавали этот вопрос: «Он отказался от украинского гражданства или нет?» В итоге мы выяснили, что у него паспорт только гражданина Украины, а документов, связанных с российским гражданством, Геннадий не имеет. Его автоматически посчитали гражданином России только потому, что он жил в Крыму, но к реалиям это никакого отношения не имеет.

Александр Попков, интервью АСН. Пытки – российский метод выбивания «правильных» показаний в суде

— Где сейчас находится Афанасьев? В каком он состоянии, в каких условиях содержится? Есть ли угроза его жизни?

— Состояние у него сейчас удручающее. Он из этой четверки самый уязвимый, потому что в отношении него действует личная месть наших правоохранительных органов, и в первую очередь ФСБ. Он нарушил договоренности с ними (когда поменял показания, – авт.), и они ему пригрозили: «Мы тебе устроим сладкую жизнь. Ты поедешь на северный полюс к белым медведям».

В отношении него действует личная месть наших правоохранительных органов

И его отправили в одну из самых отдаленных колоний севера – очень тяжелую исправительную колонию № 25 в республике Коми в Сыктывкаре, в поселке Верхний Чов. Это бывший ГУЛАГ, там все построено руками зэков. Причем Афанасьева сразу определили на строгие условия содержания. Ему не оказывается медицинская помощь, хотя есть проблемы со зрением, с сердцем и у него болит спина. Какова степень опасности для его жизни, я определить не могу.

Угрозу жизни мы предполагаем, потому что ему дальше ухудшают условия содержания, хотят перевести в помещение камерного типа. Сейчас это колония, а будет тюрьма. До того как его перевели на строгие условия, он мог ходить, перемещаться по территории этой колонии, а сейчас у него только полуторачасовая прогулка. Если говорить об условиях, то там 110 квадратных метров, на которых содержится 90 человек.

— И последний вопрос, господин Попков, кто вас нанял? На кого вы работаете?

— Я работаю в Российской Федерации с правозащитными организациями, которые в общем-то и оплачивают мою работу. А в Киев меня пригласил друг Геннадия Алим, и за его деньги я здесь нахожусь.

Фото Виктора Ковальчука

Александра Полоскова, АСН


Просмотров: 193

Другие важные новости и публикации

Еще интересное
Приключения украинцев в Вене: 16 часов без еды и тепла из-за поломки нового вагона
Приключения украинцев в Вене: 16 часов без еды и тепла из-за поломки нового вагона
Пассажирский поезд «Вена - Киев» сломался в столице Австрии 11 декабря, из-за чего украинцы после 16-часового ...
Ученые нашли рак у двухтысячелетней египетской мумии
Ученые нашли рак у двухтысячелетней египетской мумии
Специалисты из больницы "Краус" в Сиракузах (штат Нью-Йорк, США) обнаружили раковую опухоль у египетской мумии...
Тело экс-участницы Дома-2 несколько дней провалялось под забором в снегу
Тело экс-участницы "Дома-2" несколько дней провалялось под забором в снегу
Экс-участница популярного российского телепроекта "Дом-2" Мария Политова, предположительно, скончалась три-чет...
Трангендер родил бесполого ребенка
Трангендер родил "бесполого" ребенка
В США трансгендер Кэйси Салливан стал первым человеком, который родил ребенка пока был женщиной, а потом решил...
Участницу Дома-2 нашли мертвой в Подмосковье
Участницу "Дома-2" нашли мертвой в Подмосковье
Экс-участницу популярного российского телепроекта "Дом-2" Марию Политову нашли мертвой в Щелковском районе Под...
больше материалов


/-0,30399394035339-/ /-pc-/
Подписывайтесь на нас в Facebook
Top